Молокане

Духовные христиане
Агентство Международных Новостей «Новости-Азербайджан», http://novosti.az Алиева А.

Чухурюрд. Последние из Молокан

Сегодня в Чухурюрде осталось всего 80 молокан. Об их судьбе и жизни этот фильм Агентства Международных Новостей «Новости-Азербайджан».

Мы выехали утром рано, чтобы добраться до горного села Чухурюрд, еще до полудня... Ехать до села не очень далеко, часа два. Чухурюрд находится на пути из Шемахи в Пиркули. На протяжении двух веков это село считалось молоканским...

glavnaya-512x384

Молокане пришли на земли в горах Шемахинского уезда в 1834 году и начали строиться. Одним из образовавшихся сел стал Чухурюрд. Дома строили из соломы и навоза (саман), с настоящей русской печью, резными наличниками и окрашивали белой известью. Очень быстро село стало развиваться и расцветать.

«В 1805 году в центральных регионах России молоканское движение начало приобретать массовый характер. При царе Николае I по просьбе Святейшего Синода началось изгнание молокан на дальние окраины, за инакомыслие. Большинство отправились в Закавказье, а наши предки – в Шемахинскую губернию», – рассказывает молоканка в 4-м поколении Татьяна Свихнушина (Егорова).

Азербайджанское население близлежащих сел приняло молокан с радостью. Постепенно между жителями наладились добрососедские отношения.

«Тогда не было ни машин, ни велосипедов, и даже лошади были не у всех. Ходили пешком. Многие азербайджанцы выходили из верхних горных сел, и по дороге в Шемаху останавливались у нас в Чухурюрде. Ночевали. А на следующий день отправлялись в Шемаху», – рассказывает Михаил Михайлович Кастрюлин, пресвитер молоканского молебельного дома.

chuxuryurd3-512x384

«Иногда после дождя заходили к нам, чтобы просушиться, отдохнуть, и потом шли дальше. Мама сушила их белье в сковородках на русской печи», - улыбаясь, вспоминает супруга Михаил Михайловича - Екатерина Ивановна.

В годы советской власти в Чухурюрде создали колхоз. Так же, как и колхоз в Ивановке, чухурюрдский колхоз стал быстро развиваться. А дружба двух народов все крепчала.

chuxuryurd6-512x384

«Наши веры очень похожи. Ведь почему нас, молокан, не приняли в России? Потому что наша вера считает, что Бог един, так же, как и мусульмане считают, что Аллах един. Крест, иконы, убранства - это все материальное. Наша вера призывает к любви. Есть любовь - есть Бог. Нет любви - нет Бога. И наш молебельный дом – это белые стены, табурет и стол. И в очень многом наш подход к вере похож на мусульманский. Самое главное - это Бог в Душе», – говорит Михаил Михайлович Кастрюлин.

Как же случилось, что сегодня в Чухурюрде осталось всего 80 человек молокан? И это вместе с детьми, стариками и теми, кто живет в смешанных браках с азербайджанцами. А село постепенно превращается в застроенный большими каменными дачами и виллами дачный поселок. В 50-е годы начался интенсивный отток работоспособных колхозников в города Баку и Сумгайыт, где требовалось много рабочих рук, обеспечивалась стабильная зарплата, был нормированный рабочий день, была перспектива в недалеком будущем получить квартиру. Почти вся молодежь после окончания ремесленных училищ и службы в армии уходила жить в города.

В селе за какой-то десяток лет резко уменьшилось русское население. Особенно этот процесс усилился с 1958 года, когда колхоз был преобразован в животноводческий совхоз. В совхозе прекратили заниматься зерноводством и овощеводством, да и количество скота значительно сократилось. Дошло до того, что не все работоспособные могли быть в селе обеспечены работой. В 60-е, 70-е и 80-е годы хозяйственные дела в совхозе продолжали ухудшаться, объем продукции уменьшился, а население значительно сократилось. Постепенно в селе азербайджанское население стало преобладать над русским. Из русских в селе остались проживать в основном люди пожилого и преклонного возраста, и лишь несколько семей были среднего возраста.

chuxuryurd15_-2-512x384

«К сожалению, мы последние из молокан в Чухурюрде. Вот так печально произошло. В Ивановке смогли сохранить и совхоз, и молоканство, и хозяйство. Они процветают. А нам не удалось. Сейчас бы сохранить хоть что-то для музея, для истории. Но вот наш молебельный дом, он тоже не совсем еще по закону наш. Хотим обратиться к правительству, попросить, чтобы его нам оставили. Тогда будет место, где мы, каждый понемногу, соберем все наши изделия - утварь, посуду древнюю, кружева, скатерти, дерюшку, вышивку крестиком, простыни, белье постельное кружевное, записи песен наших молоканских... Глядишь, и останется хотя бы музей о нашей истории здесь в Чухурюрде», – говорит Михаил Михайлович.

Рассказали молокане и о том, что увы, даже туристический бизнес в селе ушел на нет. Раньше турист был другой. Хотел быть ближе к земле, приезжал, чтобы подышать воздухом, покопаться в земле, пожить вместе с хозяевами деревенской жизнью. А сейчас молоканские дома не в цене, с хозяевами жить не хотят, вода нужна горячая и холодная, современный санузел нужен. Даже сельский туризм современные люди предпочитают в идеальных условиях. А молоканский дом - это история. Это печка, санузел во дворе, банька по-черному и благородное отношение к земле, которая кормит.

«Молодым здесь делать нечего. Они все в город стремятся. У меня у самой трое детей. Пока двое живут со мной, но ищут работу в городе. А третья так давно уехала... Учиться в городе. Правда, она знает все наши молоканские традиции. Очень красиво вышивает крестом... И часто приезжает», - говорит Татьяна.

Если подняться чуть выше, то Чухурюрд виден, как на ладони. Зеленый, красивый, со своим колоритом. Голубые крыши старых, белых молоканских домов теперь переплелись с красными крышами построенных дач. Но вид сверху на село по-прежнему прекрасен. Здесь бы гулять, бродить по улочкам, уйти повыше в лес. Взять бы рюкзачок да пожить эдак месяц деревенской жизнью... Уезжали мы из села чуть расстроенные... Как будто на самом деле увидели последних из молокан. Как будто еще чуть-чуть, и все село превратится в длинные каменные заборы и закрытые на глухие запоры новые виллы. И никто не выйдет посидеть на лавочке, полузгать семечки, посетовать на жизнь с соседями, потому что никто не будет знать, кто там живет за высоким забором. А уникальные молоканские дома, в которых летом холодно, а зимой жарко, канут в лету.

chuxuryurd20-512x384

И еще было как-то странно... Наша группа много ездила по районам. Красивым, ухоженным, благоустроенным, и мы поймали себя на мысли, что Шемаха, Чухурюрд и вообще весь Шемахинский район как будто забыт и заброшен. Хотя история, архитектура, памятники старины, необыкновенная природа, уникальные поселения этого края достойны того, чтобы сюда массово привозить туристов. Остается надеяться, что в ближайшее время все изменится. И у молокан появится свой музей. И в Шемахинском районе наведут порядок. И мы будем ездить с туристами сюда и радоваться тому, как они восторгаются этим замечательным краем Азербайджана.
Айтен Алиева, Джаваншир Джавадов, Эльдар Кулиев,
Агентство Международных Новостей «Новости-Азербайджан»

Опубликовано 15.06.2016 г.